И тут Монро сделал то, чему никто посторонний не придал бы никакого значения: сунул в рот сигару и поднес к ней огонь. Но это был сигнал лишь для одного человека — Шиппи Перкинса, сидевшего за рулем «Линкольна», припаркованного в двадцати ярдах от магазина.

Перкинс вздохнул с облегчением, увидев условный знак.

— Дело идет, как надо, — произнес он про себя, и мощный автомобиль тронулся за маленькой «Де Сото».

Мью Монро тоже радостно вздохнул, увидев Перкинса в трех шагах от служащего ювелирного магазина. Он сел в роскошный «Кадиллак», но прежде, чем следовать за машиной Перкинса, обогнул здание и только тогда с силой нажал на акселератор.

Джой подъехал к отелю, поднялся на пятнадцатый этаж и тихо постучал в дверь номера.

Внизу на улице остался Перкинс, который остановил «Линкольн» немного впереди маленькой «Де Сото» и теперь спокойно курил, ожидая дальнейших событий.

Джою Химмену не пришлось стучать дважды. Дверь почти сразу приоткрылась.

— Мистер Камаль, простите? Я — из ювелирного магазина.

— Жду вас, — ответил египтянин и, понизив голос, добавил: — Извините, что принимаю здесь. У меня посетители.

Джой Химмен был очень высокого роста, намного выше секретаря Мантеннисов. С высоты своего роста он разглядел через полуоткрытую дверь дамскую шляпку, перчатки и кожаное пальто, лежащее на стуле, и лукаво улыбнулся, — все ясно, почему этот человек не хочет, чтобы он входил в номер.

«Ну, и шельма же этот египтянин, — подумал Химмен весело. — Даром время не теряет».

Он достал из портфеля сверток и, улыбаясь, вручил его Камалю, одновременно доставая расписку и ручку:

— Вы не будете так любезны написать расписку, мистер Камаль?

Египтянин быстро, но несколько нервно, выполнил его просьбу, но Джой отнес это волнение на счет той женщины в номере. Если бы он знал, что на бедного египтянина были направлены два пистолета!